Что голос может быть чистым (не акустически, а внутренне, содержательно) и целомудренным (а этот тембр прямо и однозначно ассоциируется у нормальных людей с), что это составляет отдельную эстетическую ценность, и что это непосредственно связано с личностью артиста. Это не очевидно, поскольку и понятия такого не было — она впервые, глобально и масштабно вводит это понятие.
Что это феномен...
Ну и что она не одна из, а единственная такая... :)
Ни одного упоминания в рунете (кроме как в списках исполнителей)... НИ ОДНОГО! На belcanto.ru даже понятия такого нет... С ума что ли все посходили?...
..Ни одного интервью в интернете. Не только видео или аудио, но даже и просто текстом... Ни одного ее собственного слова...
..Мое недоумение по поводу, разумеется, риторическое :))). Если совершенно фантастическое сопрано за каких-то 15 лет записала около сотни CD почти сплошь с самыми известными дирижерами, причем, самые известные вещи (а не какие-нить World Premier Recordings, с которыми и конкуренции никакой по определению, и тираж гарантирован), если у нее в подпевках сплошные дамы и сры, а сама она при этом лишь офицер, и НИГДЕ В МИРЕ нет ни слова ни о ней, ни о записях её, ни о концертах её, ни об успехах и даже неудачах её, ни о чем её, вывод, мне кажется, очевиден и ясен, как шотландское небо :). Только его озвучивать нельзя... Даже мне :)
81. Rossini: Opera Arias [Cecilia Bartoli,
Vienna Volksoper Orchestra & Giuseppe Patane,
Decca: Vienna (Konzerthaus), July 1989]
О превосходстве Марии Каллас говорит хотя бы то, что ни одному сопрано не удалось приблизиться и к одной десятой распроданных тиражей ее записей. Ближайшей претенденткой является молодая меццо-сопрано, обладающая, подобно Каллас, безошибочно узнаваемым голосом и несгибаемой волей. Девятнадцатилетнюю Бартоли заметил в Милане, на общедоступном прослушивании один из старейших продюсеров «Decca» Кристофер Рейберн. Две спетые ею арии Россини — из «Танкреда» и «Итальянки в Алжире» — «заворожили» его. Рейберн включил ее в труппу, которая записывала «Севильского цирюльника», и позаботился о том, чтобы она записала сольный альбом арий Россини — шаг для певицы, только-только попробовавшей свои силы на сцене, опасно преждевременный.
Родившаяся в 1966-м дочь двух хористов Римской оперы, Бартоли, прежде чем начать обучаться пению, танцевала фламенко, что, возможно, и наделило ее независимостью и живостью, которые стали определяющими чертами ее натуры. Агенты по рекламе пытались облачить Бартоли в обычные для оперной дивы наряды, однако она не любит туфель и предпочитает носить джинсы. И хотя она прислушивается к советам таких опытных дирижеров, как Даниэль Баренбойм и Николаус Арнонкурт, режиссерам-постановщикам Бартоли противится яростно, — ей даже удалось выставить из «Мета» Джонатана Миллера.
Ограничиваясь пятью месяцами работы в год, она сохраняет свежесть голоса, высоту гонораров и неприкосновенность своей частной жизни. Только Бартоли способна обратить в бестселлер альбом, состоящий из полузабытых арий Скарлатти, Вивальди и Глюка. Только Бартоли смогла в пору отчаяния, охватившего индустрию грамзаписи, отказаться от разного рода сусальных прикрас и остаться верной чисто классическому репертуару, в котором она выглядит так естественно. В том, что касается Россини, живых соперниц у нее нет, ей одной дано демонстрировать рубиново-багровые глубины тонов и красок «Итальянки в Алжире» и всепобеждающую энергию и высокое вибрато героини «Золушки». Она заставляет нас улыбаться, даже если мы слушаем ее всего лишь в записи.
Ансамбль RED PRIEST («рыжий поп», англ.), созданный блокфлейтистом Пирсом АДАМСОМ в 1997 году, является сегодня одним из наиболее успешных мировых проектов в области ранней музыки. Унаследовавший прозвище священника Антонио Вивальди, прославившегося не только выдающимся композиторским талантом, но и своей огненно-рыжей шевелюрой, этот необычный английский ансамбль демонстрирует собственный взгляд на интерпретацию музыки эпохи барокко. Его исполнительская манера — это смешение дерзких аранжировок и предельной виртуозности, откровенности эмоций и эпатирующего артистизма. Примечательно, что музыканты играют большей частью наизусть, что позволяет им достигать высочайшего уровня свободы и взаимодействия на сцене и превращать свои концертные программы, охватывающие внушительную часть репертуара эпохи барокко, в головокружительный и непредсказуемый калейдоскоп настроений, музыкальных стилей и звуковых красок.
RED PRIEST даёт ежегодно более 70 концертов в крупнейших концертных залах Европы, Австралии, Японии и США, осуществляет записи на радио и телевидении, работал над эксклюзивной серией дисков для звукозаписывающей компании Dorian (США). Среди релизов ансамбля — с воодушевлением встреченные критиками альбомы «Поп на бегу» («Priest on the Run», 1998), «Кошмар в Венеции» («Nightmare in Venice», 2001) и «Времена года А. Вивальди» («Vivaldi. The Four Seasons», 2003).
Музыкальные критики всего мира определяют исполнительский стиль ансамбля как «электризующий», «авантюрный», «безукоризненно отточенный», «акустически насыщенный», «блестящий и вдохновенный», «восхитительно изощрённый». Однако, пожалуй, лучше всего суть экстравагантной барочной эстетики RED PRIEST выражена в высказывании английского музыковеда Джоржда Пратта: «Если никто не перейдёт границы, то как мы узнаем, что находится с той стороны?»
Одна из последних сценических работ ансамбля — мультимедийное театрализованное шоу RED HOT BAROQUE с использованием разнообразных световых и звуковых технологий, видео и анимации, программа которого составлена из самых популярных сочинений эпохи барокко в авторских аранжировках музыкантов RED PRIEST. В Москве состоялась «континентальная премьера» — первый показ этой работы за пределами Великобритании.
